Город где горы

Взятие Киева монголами

«В год (от сотворения мира) 6748-й (1240-й). Пришел Батый Киеву с силой тяжкой, со многим множеством силы своей, и окружил город, и осадила (город) сила татарская. И был город в осаде великой. И пребывал Батый у города, и воины его осаждали город, и нельзя было слышать (друг друга в городе) из-за звуков скрипа телег его, рева множества верблюдов его и ржания табунов его, и была заполнена земля Русская врагами…»

Так начинается летописный текст об осаде и штурме столицы Руси монгольскими завоевателями. Попробуем нарисовать ход этого переломного события в жизни Киева, опираясь на рассказ Ипатьевской летописи, а также на другие письменные источники, работы историков, археологов, специалистов по истории вооружения и военного искусства.

Начнем с предшествовавших событий. После смерти Чингис-хана еще несколько десятилетий сохранялось единство огромной Монгольской империи, правителем которой стал третий сын «потрясателя вселенной» великий хан Угедей. При нем продолжалось выполнение задачи покорения мира. В поход на еще незавоеванные западные страны были отправлены соединенные силы империи с одиннадцатью ханами-чингисидами. Возглавить войско было поручено Бату-хану (известному на Руси как Батый) — внуку Чингиса от его старшего сына Джучи.

Зимой 1237—1238 годов монгольское войско разгромило Рязанскую и Владимиро-Суздальскую земли, а затем расположилось в волжско-донских степях. Отсюда высылались отряды, которые завершали завоевание Юго-Восточной Европы. Один из таких отрядов весной 1239 года взял Переяславль и разорил левобережье Днепра. Осенью того же года монголами был взят Чернигов. Тогда же отряд во главе с Менгу-ханом с разведывательной целью вышел на левый берег Днепра напротив Киева. «Встал он на той стороне Днепра у Городца-Песочного. Увидев город, удивился красоте его и величеству его. Прислал послов своих к (киевскому князю) Михаилу (Всеволодовичу) и к горожанам, желая их обмануть, и не послушали его». Поздние источники добавляют, что послы были убиты по приказу Михаила; эта деталь, скорее всего, была придумана в XV веке редактором княжеского жития (напомним, что Михаил был убит в ставке Батыя в 1245 году и провозглашен святым) и оттуда была заимствована составителями Никоновской и ряда других летописей.

На Руси тем временем, несмотря на вражеское нашествие, не прекращалась борьба князей за власть. Михаил Всеволодович с приближением опасности бежал из Киева в Венгрию. Его сменил смоленский князь Ростислав Мстиславич, который вскоре был изгнан могущественным галицким князем Даниилом Романовичем. Последний «поручил Киев (воеводе) Дмитрию для защиты от иноплеменных народов, безбожных татар», а сам вернулся в свое княжество, где, судя по имеющимся источникам, особо к отражению завоевателей не готовился.

Летом 1240 года монголы закончили подготовку к большому походу, целью которого было завоевание Западной Европы. Потери, которые они понесли в боях с волжскими болгарами, мордвой, половцами, аланами, черкесами, русичами, были восполнены свежими силами, прибывшими с востока, а также отрядами, набранными среди покоренных народов. Вопрос о численности войска Батыя в этом походе спорен; современные исследователи называют цифры от 40 до 120 тысяч.

Первым большим городом на пути завоевателей был Киев, а первым серьезным естественным препятствием — Днепр. В некоторых исторических романах можно прочитать, как монголы переправлялись через Днепр у Киева по льду. Но Псковская летопись сообщает: «Пришли татары к Киеву 5 сентября, и стояли под Киевом 10 недель и 4 дня, и едва взяли 19 ноября, в понедельник». Лаврентьевская же летопись называет другую дату падения города — 6 декабря (принято считать ее более достоверной). Сохранились документальные сведения и о пути движения войска Батыя к Киеву. Плано Карпини пишет, что монголы «вступили затем в землю турков, которые суть язычники, победив ее, они пошли против Руссии…» А согласно персидскому летописцу Рашид-ад-Дину завоеватели «направились походом в страну русских и народа черных шапок». «Турки» или «народ черных шапок», упомянутые процитированными авторами,— это тюркские племена, известные в летописях как «черные клобуки». Они были вассалами киевских князей и жили на южной границе Руси на правобережье Днепра. Отсюда следует, что монголы переправлялись через Днепр не возле Киева, а значительно южнее, использовав один из бродов (им мог быть известный из летописи Татинецкий брод, расположенный в устье речки Золотоноши). Переправа происходила не в начале зимы по неокрепшему льду, а вброд и в конце лета, когда уровень воды в реках минимальный.

Киев, тогда крупнейший город Восточной Европы с населением 40—50 тысяч человек, состоял из двух основных частей — Верхнего города (Горы) и Подола. Верхний город был расположен на высоком плато, ограниченном крутыми склонами. Протяженность укреплений Верхнего города составляла почти 5 километров, и на половине этого расстояния они тянулись вдоль склонов, со стороны которых штурм был практически невозможен. Эти укрепления представляли собой вал, достигавший с угрожаемой стороны толщины 30 метров и высоты 12 метров. Перед валом был выкопан глубокий и широкий ров. По гребню вала шла стена из срубов («городен»), увенчанная заборолами — помостом с бруствером и крышей, защищавшими воинов. Помост выступал на консолях в сторону поля и имел отверстия, позволявшие вести обстрел подошвы стены и тем самым исключавшие образование «мертвого пространства». С противопожарной целью стены обмазывались глиной. Верхний город был разделен на детинец («город Владимира») и окольный город («город Ярослава»). Детинец был построен ранее и имел не столь мощные укрепления, как окольный город. Подол также был укреплен, но его оборонительные сооружения не представляли собой серьезного препятствия.

Укрепления Киева не имели себе равных в Восточной Европе. Но они были сооружены в X—XI веках, в эпоху, когда крепости брались или внезапным набегом, или длительной пассивной осадой. На сопротивление штурму с применением осадных машин киевские укрепления рассчитаны не были.

Сколько воинов Киев выставил для обороны? Если за оружие взялись все боеспособные мужчины, то их число, исходя из количества населения города, достигало четырех — пяти тысяч. Но из них профессиональными воинами была незначительная часть. Даниил Галицкий мог вместе с воеводой Дмитрием оставить какое-то количество дружинников, но оно вряд ли превышало одну — две сотни. Еще несколько сотен хорошо вооруженных и защищенных доспехами воинов могли дать киевские бояре и их слуги. Большинство же киевлян имели лишь копья и топоры. В качестве вооружения, в умении им владеть, в организованности и дисциплине они, безусловно, проигрывали монголам, как всегда проигрывает ополчение профессиональной армии. Исходя из этого, даже 40-тысячное монгольское войско представляется избыточным для успешного штурма.

С приближением монголов киевляне, скорее всего, покинули слабо укрепленный Подол и сосредоточили все силы на обороне Верхнего города. Действия осаждавших можно представить по книге Плано Карпини: «Укрепления же они завоевывают следующим образом. Если встретится такая крепость, они окружают ее; мало того, иногда они так ограждают ее, что никто не может войти или выйти; при этом они весьма храбро сражаются орудиями и стрелами и ни на один день или на ночь не прекращают сражения, так что находящиеся на укреплениях не имеют отдыха; сами же татары отдыхают, так как они разделяют войска, и одно сменяет в бою другое, так что они не очень утомляются». Эти сведения дополняются другим путешественником — венгерским монахом Юлианом: «Годных для битвы воинов и поселян они (монголы), вооруживши, посылают против воли в бой впереди себя… На укрепленные замки они (сразу) не нападают, а сначала опустошают страну и грабят народ и, собрав народ той страны, гонят на битву осаждать его же замок».

Согласно описанной тактике, Батый, видимо, разделил свое войско на две части. Одна из них, разделившись на небольшие отряды, начала опустошать окрестности Киева, а вторая расположилась вокруг города (вряд ли огромное конное войско могло разместиться в одном месте; на карте-реконструкции лагеря показаны там, где их позволяет разбить рельеф). Можно предположить, что для борьбы с вылазками киевлян монголы перед городскими воротами разместили конные отряды, а со стороны склонов, у их подножья расставили цепь постов.

То, что горожане оборонялись активно и вылазки действительно были, следует из летописного сообщения: киевляне «захватили у них татарина по имени Товрул, и он поведал им о всей силе их: это были братья его (Батыя), сильные воеводы: Урдю (Орду), Байдар, Бирюй (Бури), Кайдан, Бечак (Бучек), Менгу и Кююк (Гуюк), который возвратился (в Монголию), узнав о смерти (великого) хана, и (сам) стал (великим) ханом; бывший не из рода его (Батыя), но воевода его первый, Себедяй-багатур, (а также) и Бурундай-богатырь, который захватил Болгарскую землю и Суздальскую; иных бессчетно воевод, которых мы не перечислили здесь».

Интересно, что летописный перечень «братьев» Батыя (то есть чингисидов, участвовавших в походе на Юго-Западную Русь и Западную Европу) полностью совпадает со сведениями Рашид-ад-Дина и подтверждает тем самым достоверность рассказа Ипатьевской летописи. Можно только уточнить, что из-под стен Киева возвратились двоюродные братья Бату-хана Гуюк и Менгу, и что они были отозваны в Монголию еще тогда живым великим ханом Угедеем (отцом Гуюка).

Около трех месяцев монголы изматывали осадой киевлян и готовились к штурму. Проблемой могла стать удаленность от города месторождений камня, необходимого для изготовления снарядов метательных машин (в древнерусской терминологии — «пороки»; западноевропейские аналоги называют «требюше»): ближайшие пригодные для разработки выходы скальных пород находятся в 50 км от Киева по прямой (к счастью для монголов, камень можно было доставлять вниз по течению Ирпеня и Днепра).

Так выглядело в XIX в. место прорыва монголами укреплений Верхнего города.

На переднем плане слева видны остатки вала; на заднем плане справа — Софийский собор и монастырские постройки вокруг него.

Летопись называет участок, выбранный для удара: «Поставил Батый пороки против городских укреплений возле ворот Лядских, ибо здесь подходили (близко к городу) дебри (овраги, пересеченная местность)». Этот участок был выбран, так как здесь перед укреплениями не было крутых естественных склонов. Можно предположить, что во время штурма Батый находился на возвышенности напротив Лядских ворот. Отсюда хан мог не только видеть главные силы своих войск, но и благодаря особенностям рельефа обозревать значительную часть осажденного города.

После того, как пороками были разрушены стены, началась атака. Когда штурмующие взобрались на вал, в проломе закипел ожесточенный рукопашный бой: «И взошли горожане на разбитые стены, и здесь можно было видеть, как ломались копья и раскалывались щиты, (а) стрелы затмили свет побежденным». В этом бою был ранен воевода Дмитрий.

Наконец осажденные были вытеснены с вала: «Взошли татары на стены и сидели там в тот день и ночь». Киевляне, воспользовавшись передышкой, отошли в детинец и за ночь организовали новый рубеж обороны: «Горожане сделали еще второе укрепление вокруг (церкви) святой Богородицы (Десятинной)». Не совсем понятно, что летопись имеет в виду под «вторым укреплением». Судя по результатам раскопок 1980-х годов, вал, который первоначально отделял детинец от окольного города, в XII веке был снесен. Но ров, проходивший вдоль этого вала, оставался незасыпанным. Киевляне, очевидно, использовали его для обороны, дополнив за ночь какими-то легкими оборонительными сооружениями.

Настал второй и последний день штурма. «А назавтра пришли (татары) на них, и была битва между ними великая. Люди тем временем выбежали на церковь, и на своды церковные с пожитками своими, и от тяжести повалились с ними стены церковные, и так был взят город (татарскими) воинами»). Надо заметить, что многие ученые скептически относились к летописной причине обрушения Десятинной церкви и считали, что стены храма были разбиты монгольскими «пороками». Однако правы, скорее всего, те исследователи, которые доверяют летописцу. В 1230 году Киев пережил едва ли не самое сильное в своей истории землетрясение, пострадали многие здания, и Десятинная церковь могла быть в их числе. Дополнительная нагрузка на стены, давшая трещины за десять лет до штурма, могла привести к катастрофе. Кроме того, осадные машины не были мобильными, и их просто невозможно было быстро передвинуть с места на место.

О разрушении Киева и массовой гибели его жителей Ипатьевская летопись прямо не говорит, но другая летопись, Суздальская, сообщает: «Взяли Киев татары, и святую Софию разграбили, и монастыри все, и иконы, и кресты, и все узорочье церковное взяли, а людей от мала до велика убили мечом». Некоторые ученые, ссылаясь на молчание Ипатьевской летописи, утверждают: потери, которые понес город от монголов, были не такими уж и большими. Процитированную выше фразу из Суздальськой летописи эти исследователи считают литературным шаблоном. Для такого мнения есть основания: погромы Киева, учиненные в 1169 и 1203 годах княжескими дружинами во время междоусобиц, тоже описаны летописями в сильных выражениях; но, как показывает анализ письменных и археологических источников, эти погромы не приводили к заметному запустению города.

Но, в отличие от сведений Суздальской летописи, нет причин сомневаться в достоверности информации Плано Карпини, который проезжал через Киев в 1246 году. Он пишет: монголы «произвели великое избиение в земле Русии, разрушили города и крепости и убили людей, осадили Киев, бывший столицей Русии и после длительной осады они взяли его и убили жителей города: отсюда, когда мы ехали через их землю, мы находили неисчислимые головы и кости мертвых людей, лежавших в поле; ибо этот город был весьма большим и очень многолюдным, а теперь он обращен почти ни во что…» Безусловно, население Киева не было уничтожено полностью. Воеводу Дмитрия монголы «вывели (к Батыю) раненого, но не убили его ради мужества его». Надо полагать, были и другие пленные. Какой-то части горожан удалось спастись. Но потери, нанесенные Киеву (как и всей Руси), были огромными. Население города снова достигло отметки 50 тысяч (по данным переписей) лишь в середине XIX века.

Факт «великого избиения” подтвержден археологическими раскопками. В Киеве исследованы остатки сожженных домов XIII века, в которых лежали скелеты людей разного возраста и пола, со следами ударов сабель, копий и стрел. Найдено десятки кладов с золотыми и серебряными украшениями — они были зарыты киевской аристократией перед падением города и так и не были выкопаны владельцами, которые погибли или попали в плен. На территории детинца обнаружены массовые захороения, в которых были погребены тысячи киевлян, убитых монголами. На месте одной из этих братских могил, возле восточной стены Десятинной церкви, в наше время установлен серый гранитный крест. Это единственный памятник в Киеве, напоминающий о трагических событиях, произошедших 770 лет тому назад.

«Горное чудо Андалуссии», именно так чаще всего называют Ронду — очаровательный городок, расположенный в горном районе, неподалеку от Малаги.
Первое поселение в этих местах было основано еще древними кельтами. Чуть позже, во времена Римской Империи, Ронда превратилась в довольно большой город, находящийся на пересечении торговых путей, проходящих через весь Пиренейский полуостров. В VIII веке Южная Испания была завоевана маврами, и на долгие века попала под власть мусульман. Однако несколько веков арабского владычества пошли городу только на пользу, за это время здесь было возведено множество интересных сооружений, без которых облик Ронды не был бы таким колоритным.


Новая страница в истории города началась в XV веке, после завершения Реконкисты, когда арабы были полностью вытеснены с территории Испании. В Ронду пришли христиане, место мечетей заняли величественные католические соборы и монастыри, а новые улицы начали застраиваться великолепными дворцами знати. Сегодня облик Ронды представляет собой уникальную смесь римской, арабской и испанской архитектуры, великолепие которой подчеркивается потрясающими горными пейзажами с отвесными скалами и глубокими ущельями. Этот город считается одним из самых интересных мест для туризма и здесь, действительно, есть на что посмотреть.

Новый мост

Главным отличием Ронды от многих других городов Испании стало его уникальное местоположение. Город находится в скалистой местности, на высоте более 800 м над уровнем моря. Многие дома возведены на самом краю обрыва и, кажется, буквально балансируют над пропастью. Правда, стоят они так уже несколько веков, но при первом взгляде на панораму Ронды, многие впечатлительные натуры могут испытать неподдельный ужас. Именно эти виды в свое время приводили в восторг знаменитого писателя Эрнеста Хемингуэя, который обожал проводить время на террасах местных кафе, построенных прямо у края отвесных скал. К слову, желающих выпить бокальчик-другой на такой террасе и в наши дни – хоть отбавляй, так что заведения эти процветают и ныне.


Глубокое ущелье разделяет город на две части, и чтобы попасть из одной его части в другую, местные жители должны были спуститься на самое дно ущелья, перейти вброд протекающую по его дну реку Гуадалевин и вновь подняться по почти отвесной скале. Такой путь отнимал очень много времени и сил, поэтому еще в римские времена через пропасть был переброшен мост. Еще одну подобную переправу возвели в Ронде арабы, но и этих двух мостов вскоре оказалось недостаточно для стремительно растущего города. Именно поэтому, в середине XVIII века был построен еще один, так называемый Новый мост — шедевр архитектуры, ставший самой узнаваемой достопримечательностью Ронды.

Потрясающий своей красотой, Новый мост стал символом не только победы человека над природой, но и памятником тем, кто погиб в этой неравной борьбе. Строительство унесло жизни множества рабочих и даже самого автора проекта, архитектора Хосе Мартина де Альдеуэла. В помещениях над центральной аркой моста раньше располагалась городская тюрьма, а сейчас они открыты для туристов.

Ронда делится на три основных района, каждый из которых имеет свою собственную неповторимую атмосферу и любопытные достопримечательности.

Город

Этот район может похвастаться самыми большими и великолепными домами в городе. Именно здесь расположены крупнейшие монастыри, храмы и дворцы Ронды. Через улицы во многих местах перекинуты арки, ставшие своеобразными визитными карточками города. Здесь можно бесконечно любоваться изящной ренессансной архитектурой зданий, а можно посетить городскую ратушу, вид которой очень отличается от общепринятого. Дело в том, что здание, где сейчас располагается администрация города, в былые времена занимали казармы для простых солдат. Вот такая здесь демократия.


Еще одно интересное здание – Дом мавританского короля, он совсем не похож на дворцы мавританской эпохи, да и построен был когда арабы уже были изгнаны из этих мест. Название этому невзрачному домику с двумя башнями было дано из-за красивого панно над главным входом, изображающего восточного принца. Интересен же дом тем, что внутри его находится старинная лестница, ведущая к самому дну ущелья, на глубину более 60 м. Решившиеся спуститься по древним ступенькам могут увидеть шахту Мина — источник, из которого арабы в свое время пополняли запасы питьевой воды. Эта шахта во времена осады служила единственной доступной водной артерией города, и в ней день и ночь трудились христианские пленники.

Рынок

И, наконец, третий, самый молодой район города носит название Рынок. Он появился сразу после завершения Реконкисты и знаменит своими изысканными барочными зданиями. Здесь же расположен великолепный парк Аламеда, откуда открываются потрясающие виды на ущелье и окружающие Ронду скалы. Для туристов открыто множество интереснейших музеев, таких как Музей местного вина или Музей разбойников. Но самая главная достопримечательность – огромная арена для боя быков.


Немногим известно, что именно Ронда стала местом появления традиционной испанской корриды и родиной самых легендарных тореро прошедших столетий. Местная арена, построенная в XVIII веке, является едва ли не самой большой во всей Испании. Традиция корриды берет свое начало в языческих верованиях. В древности, здесь существовал обычай приносить быков в жертву местным божествам. Причем, чем агрессивней был бык и чем отчаяннее он сопротивлялся своей участи, тем благосклоннее были боги. Быков здесь почитали всегда, и в честь этого могучего животного, возле арены, не так давно был установлен памятник, потрясающий своей динамикой и внутренней силой.


Лично мне коррида кажется весьма сомнительным развлечением и способом почитания животных, но, тем не менее, это важная часть испанской культуры, а потому относиться к ней нужно с почтением.

ourspain

Вы уже побывали в Барселоне, Валенсии и Севилье? Вдоволь позагорали на испанских пляжах, перепробовали паэлью, сангрию, гаспачо и все местные морепродукты? Испании, кроме этого, есть еще, чем удивить вас! Редакция «Нашей Испании» составила для вас рейтинг пяти самых необычных испанских городов, которые не оставят равнодушными самых привередливых туристов.
5 место

На 5 месте расположился городок Кастельфульит де ла Рока (Castellfullit de la Roca) в провинции Жирона.

Городок расположен на краю скалы из базальта, образованной потоками лавы много тысяч лет назад. Высота утеса, на котором стоят дома, около 50 метров.

Большинство строений в этом городке построены из такой же вулканической породы, как и сама скала. Население Кастельфульит де ла Рока составляет всего 1000 человек, но вместе с тем, этот город считается одной из самых фотографируемых достопримечательностей Каталонии.

4 место

На 4 месте в нашем рейтинге мы разместили город Ронда (Ronda), старая часть которого построена над 100-метровым ущельем. Ронда расположена в 100 км северо-востоку от Малаги. Город раскинулся на двух высокогорных плато на высоте 750 м над уровнем моря. Два этих плато соединены удивительным Новым мостом (Puneto Nuevo), который построен над ущельем Эль-Тахо, его глубина составляет 100 метров. На дне ущелья течет река Гуадалевин.

Невозможно словами передать красоту пейзажей, открывающихся с моста. Кроме пейзажей и моста в Ронде достаточно древних достопримечательностей, таких как арабские бани XII века или собор, перестроенный из арабской мечети.

3 место

На третьем месте оказался удивительный городок Сетениль де лас Бодегас (Setenil de las Bodegas) рядом с Рондой. Он, в отличие от Ронды, расположен не сверху ущелья, а прямо в нем. Этот «белый городок» лежит в горах Андалусии и удивляет всех своей архитектурой.

Над улицами и переулками нависают скальные своды, которые защищают их от сильных ветров зимой и удушливой жары летом. Дома кажутся врезанными в базальтовые скалы и выглядят, как продолжение пещер. Кажется, будто скалы сейчас рухнут, однако, за всю историю городка, превышающую восемь столетий, ни одного строения не разрушилось.

2 место

Второе место занял город «испанских троглодитов». Гуадикс (Guadix) можно назвать одним из самых необыкновенных городов Испании.

Слово «троглодит» для незнающего человека звучит жутковато. Но стоит лишь углубиться в историю этого слова, как сразу становится понятно, что ничего пугающего в нем нет. В переводе с греческого оно обозначает «живущий в пещере». Несколько городских районов представляют собой хитросплетение домов-пещер, дорог и печных труб, торчащих прямо из земли.

Следует отметить, что за счет своего расположения в горной местности, все «пещерные дома» были построены на разной высоте. Именно поэтому, прогуливаясь по кварталу пещер, люди практически всегда проходят по крышам домов.

Это место расположено недалеко от гор Сьерра-Невада, а потому здесь в любое время года со смотровых площадок можно полюбоваться удивительным видом города со снежными горными вершинами на заднем плане.

1 место

Ну, и возглавляет рейтинг самых необычных городков Испании, конечно же, синий городок Хускар (Juzcar). Хускар также известен как Pueblo Pitufo. Раньше это место было обыкновенной белой деревушкой в провинции Малага. Однако в 2011 году все изменилось после того, как компания Sony Pictures предложила временно перекрасить всю деревню в голубой цвет, естественно, за вознаграждение для каждого жителя.

Пожалуй, нет ничего удивительного в том, что по истечении договора первой деревушки Смурфиков с Sony Pictures, было проведено голосование среди жителей, по результатам которого (149 «за», 36 «против») было принято оставить дома голубого цвета. Таким образом, обыкновенная деревушка и приобрела популярность среди туристов.

Leave a Comment