Концлагерь в австрии

oper_1974

«В лагере формировали третий батальон фольксштурма. Берлин был окружен советскими войсками. 25 апреля на Эльбе произошла историческая встреча с американцами, о чем мы узнали уже на следующий день.
С этого дня комитет принял решение организовать по блокам ночное дежурство. Эсэсовцы, предчувствуя свой конец, готовились ворваться в лагерь с пулеметами. Других средств уничтожения лагеря они уже не имели — все поглотил фронт.
В помещениях, где располагалась эсэсовская охрана, ночи напролет шла поголовная пьянка. Дикие вопли, крики и песни раздавались оттуда до самого утра.
Комитету стало известно, что связи с Гиммлером они давно не имеют и пытаются сами решить свою судьбу. Большая часть эсэсовского руководства была настроена весьма решительно.
Но не все из них думали одинаково. После освобождения рассказывали, что заместитель коменданта Гузена гауптштурмфюрер СС Ян Бек в разгул очередной пьяной оргии встал в воротах брамы и заявил, что остальные пройдут в лагерь только через его труп.
Было так или не было — сейчас сказать трудно, но то немногое, что мы знали о Беке, — он при Гитлере сам сидел — позволяло этому верить.
Концлагерь Гузен, известен также как Маутхаузен-Гузен. Австрия.

В результате, комитет принял довольно пассивное и не лучшее решение — в случае угрозы массового расстрела для нас не было другой альтернативы, как бросаться всем миром на пулеметы. Кому-то при этом придется погибнуть, другие же останутся в живых. В противном случае погибнут все.
Организованное восстание в Гузене осуществить было нельзя. Комитет это хорошо понимал: польская офицерская лига никогда не согласовывала свои действия с немногочисленным интернациональным комитетом, а чаще поступала наоборот, именно в жестких узконациональных интересах.
Все это грозило в последний момент междоусобицей. Польская лига попросту боялась восстания узников и никогда бы его не допустила. Это подтвердили дальнейшие события.
Кроме того, поляки работали по хозобеспечению эсэсовских казарм и в других службах жизнедеятельности лагеря и хорошо знали, где хранится оружие.
Они зорко следили затем, чтобы никто в лагере, кроме поляков, вдень и час «икс» не смог заполучить оружие. В этом была трагедия Гузена.
В Маутхаузене полякам-националистам противостояло более сплоченное интернациональное братство, да и сторонников новой народной Польши было там больше.
Главной целью концентрационных лагерей Гузен I, II и III было «уничтожение посредством труда». Наибольшей жестокостью отличался Карл Хмелевски, гауптштурмфюрер СС (на снимке он справа). Одно время он был комендантом концлагеря Герцогенбуш.
После войны долго скрывался. В 1961 году за убийство 282 человек был осужден к пожизненному заключению. В 1979 году был освобождён по состоянию здоровья. Умер в 1991 году.

У нас все было по-другому, и потому каждую ночь до утра мы стояли у открытых настежь окон — каждый на своем блоке, — не шевелясь, чутко прислушиваясь ко всяким звукам со стороны брамы, ожидая всего.
Мы ловили каждый пьяный выкрик, случайные команды, все хлопанья, тресканья, звон от разбитых бутылок, одиночные выстрелы. В любой момент мы готовы броситься на пулеметы — выбора у нас нет! Весь лагерь не спал. Все ожидали любой, но — развязки.
Эсэсовцы время не теряли: ночью они пили, а днем заметали следы своей преступной деятельности. Лихорадочно сжигали документы, «Книги мертвых» («Тотенбюхер»), корреспонденцию, рапорты, листы картотеки, приказы командования, инструкции и разные брошюры.
Советские военнопленные. Гузен, октябрь 1941 г.

Наконец 2 мая, в день окончательного падения Берлина, решилась наша судьба: руководство Маутхаузена передало охрану лагерей другим структурам, а эсэсовцы должны были выступить на фронт против Красной армии.
На реке Энс еще пыталась держать оборону эсэсовская дивизия «Мертвая голова», а точнее то, что от нее осталось. В ночь со 2 на 3 мая эсэсовцы покинули лагерь.
Итак, 2 мая новым комендантом Маутхаузена, а заодно и Гузена стал офицер Керн из венской охранной полиции, а к охране лагерей приступили военизированные полицейские подразделения пожарников Вены.
Ими оказались мобилизованные пожилые люди, одетые в голубые мундиры, и нам сразу стало ясно, что эти «вояки» в нас стрелять не собираются.
Центральная «брама» (вход) в концлагере Гузен.

В связи с изменившейся обстановкой новое решение принял и комитет: мы вошли в контакт с каждым из этих миролюбивых старцев и заключили с ними джентльменское соглашение — мы обязуемся до прихода союзных или советских войск сидеть в лагере тихо, как мышки, чтобы им, нашим охранникам, служилось спокойно.
Взамен этого они обещали выполнить нашу просьбу, чтобы ни одна «мышка» не исчезла из лагеря, на что они сразу согласились.
В лагере оставалось еще много пособников эсэсовцев, и они не должны были бежать из лагеря — их ждал суд. Кстати, одетый в желтую униформу третий батальон фолькештурма впопыхах отправить на фронт не успели, и он застрял в лагере. «Добровольцы» сами на фронт не рвались, но и в лагере чувствовали себя неуютно.

Наступил последний день Маутхаузена и Гузена — 5 мая 1945 года! Он выдался солнечным, ярким. С утра все почувствовали, что именно сегодня должно что-то случиться.
Артиллерийская канонада грохотала совсем недалеко, но только на востоке. На западе американские войска продвигались без боя. Чьи войска освободят лагерь? Многим это небезразлично: одни из нас ждали американцев, другие — русских.
К полудню все, кто мог, залезли на крыши блоков и лежали там, надеясь первыми разглядеть своих освободителей. Мы с Костей находились на крыше блока 29.
Разговоров не было слышно. Все лежали молча. Ждали не только мы. Ждали поляки, ждали оставшиеся в лагере «зеленые», капо, блоковые, ждали «бойцы» фолькештурма, ждали и охранники — ждали все.
Австрия. Освобождение.

Кто же практически мог выжить в условиях концлагеря? Общее мнение очевидцев и участников описанных выше событий таково:
1. Могли выжить отдельные узники из числа немцев и австрийцев, которым посчастливилось пережить один-два месяца лагерного существования и за это время добиться каких-либо привилегированных должностей среди лагерного персонала или попасть в рабочую команду под крышей, что давало шансы на выживание.
2. Мог выжить тот, кто сам непосредственно участвовал в уничтожении заключенных, будучи причастен к лагерной администрации в рамках самоуправления.
3. Могли выжить те узники, профессиональная пригодность которых оказывалась нужной: владевшие различными языками, знавшие машинопись, чертежники, врачи, санитары, художники, часовые мастера, столяры, слесари, механики, строительные рабочие и другие. Они привлекались к выполнению разных работ по обслуживанию эсэсовских и хозяйственных служб лагеря.

4. Из числа узников не немецкой национальности в период 1940-1942 годов только единицы имели шансы пережить это время: либо они являлись очень хороши ми специалистами, либо были особенно красивы и юны.
Тогда они получали работу под крышей и там укрывались в течение рабочего дня от постоянного наблюдения со стороны эсэсовцев и капо. В основном в те годы это могли быть только поляки и испанцы.
5. В порядке национальной солидарности уцелевшие поляки и испанцы в каждом удобном случае содействовали улучшению положения своих соотечественников, и тем самым расширялся круг узников, которым впоследствии удастся пережить лагерь.
6. Имели шансы отдельные русские узники, которым начиная с 1943 года стали активно помогать австрийские и немецкие коммунисты, вовлекая в повседневную деятельность по линии антифашистского сопротивления в лагере. Если кто из нас и выжил, то только благодаря этим прекрасным товарищам, которые рисковали жизнью, помогая нам.
7. Наконец, сюда следует отнести тех узников, которые прибыли в Гузен незадолго до освобождения. Они остались в живых, потому что лагерь был освобожден. Эта категория составила наиболее значительный процент среди освобожденных.
Это — участники Варшавского восстания, югославские партизаны, эвакуированные из Освенцима, которым повезло доехать до Гузена живыми, и многие другие.
Австрия. Освобождение.

Из личных наблюдений многих бывших узников, которым посчастливилось выйти на свободу, напрашиваются и такие выводы:
1. Наиболее выносливыми к моральным и физическим трудностям существования в условиях концлагеря оказались русские, поляки и испанцы. У них сильно развита национальная спайка.
Они всегда старались ободрить и поддержать друг друга. Они знали, где и кто их враг, и никогда не шли на компромиссе врагом. Я говорю о большинстве, чья жизненная позиция была твердой, неколебимой.
К тому же русские и испанцы представляли вместе единое целое по своим политическим убеждениям. Трудности физического плана — климат — испанцы компенсировали стойкими моральными качествами, приобретенными в ходе жестокой схватки с фашизмом в 1936-1939 годах.
Полякам все дело портила офицерская лига, делившая их на привилегированное сословие и простой люд — в условиях концлагеря это было не лучшим решением. Многим полякам помогли посылки из дома, несмотря на разворовывание их лагерным начальством.
Австрия. Освобождение.

2. Венгры, чехи и словаки оказались несколько слабее. Греки и итальянцы жили в лагере недолго ввиду сурового, по их понятиям, климата. Гузен находится на широте Днепропетровска — для нас, русских, это юг. Французы и бельгийцы тяжело переносили лагерные условия и погибали от фурункулеза и общей дистрофии.
3. О немцах судить сложнее. «Зеленые» все же были арийцами, и их специально никто и никогда не уничтожал. «Красным» немцам было труднее, нацисты их уничтожали, но это их земля, их язык, рядом могли оказаться земляки, родственники — надежда на выживание появилась фактически у всех, кто дожил до 1943 года, а до того им жилось не многим лучше, чем и остальным.
Примером высокого морального духа служило большинство наших командиров и политработников, коммунистов и комсомольцев, как бы это утверждение и не резало сегодня слух — из песни слов не выбросить!
Одинокий, растерявшийся человек в тяжелейших условиях нацистского концлагеря выжить не мог. Лучше других лагерные условия выдерживали те, кто умел жить в коллективе, подчиняться ему и участвовать в общей борьбе.
Австрия. Освобождение.

Вернемся к 5 мая 1945 года. К 13.30 большинство заключенных собралось на аппель-плацу. К этому времени те, кто находились на крышах, уже заметили приближающийся к лагерю американский броневик.
Освобождение лагеря произошло необыкновенно просто, совершенно прозаично и чисто по-американски: броневик въехал на аппель-плац, из него выпрыгнул то ли солдат, то ли другой нижний чин, прокричал: «Вы свободны!» сделал соответствующий жест правой рукой и уехал.
Правда, одно доброе дело солдаты сделали, приказав голубым мундирам нашей символической охраны спуститься вниз, побросать свои карабины в канаву и убираться по домам, что те охотно и выполнили.
Через пару минут никого из них уже не было — такая резвость у стариканов появилась, что только любо-дорого!
Австрия. Освобождение.

Майор Иван Антонович Голубев обратился к нам с торжественной речью. Он поздравил всех с освобождением, что дожили до этого светлого дня, сказал, что фашизм живуч и будет не раз на нашем пути.
Мы все радостно орали в ответ на приветствие Голубева, когда кто-то из наших сообщил последние новости: поляки направили на лагерь пулемет, закрыли выход из лагеря, выставив вокруг Гузена свои вооруженные посты.
Как потом выяснилось, они оперативно успели подобрать карабины, брошенные охранниками в канаву, но имели они и другое оружие.
Наша эйфория мигом окончилась — встал извечный вопрос: «Что делать?» Построившись в походную колонну во главе с майором Голубевым, мы решительно двинулись на аппель-плац и там остановились на приличном расстоянии от брамы.
Мемориал памяти жертв концлагеря Гузен.

Голубев, взяв с собой двух-трех человек, пошел к полякам выяснять ситуацию: надо входить в контакт — другого ничего не оставалось.
Ивана Антоновича не было долго. Наконец парламентеры вернулись. Мы тесно обступили их, радостно отметив для себя, что они не возбуждены и держатся спокойно. «Все в порядке», — подумалось нам, а Голубев, не торопясь, стал рассказывать:
— Поляки приняли нас вполне дружелюбно и обстановку объяснили так. Пока в лагере продолжается буза, браму лучше держать закрытой, по крайней мере сегодня.
Пулемет поставили «для балды», чтобы люди на радостях не дурил и — мало ли кому что вздумается, а развернуть его недолго.
Мы посоветовались с французами, испанцами и приняли совместное решение — завтра каждый, кто захочет, уйдет в организованной колонне из лагеря. Об этом уже заявили французы, бельгийцы, испанцы.
Вам, русским, тоже предлагаем идти с нами на Линц: американцы сказали, что вас всех будут передавать на репатриацию. Советы через демаркационную линию на свою сторону никого не пропускают, поскольку первыми бросились власовцы, выдавая себя за бывших узников.
Мемориал памяти жертв концлагеря Гузен.

После того как на аппель-плацу прогремели национальные гимны и митинги, группы молодых русских и польских узников, прибывших с последними транспортами из других концлагерей, поддержанные многими «старожилами» Гузена, внезапно начали целенаправленную акцию мести.
Для многих из нас, не участвовавших в этой акции, она явилась и неожиданной, и отвратительной, и страшной. Все, что накопилось у заключенных за время пребывания в лагере, все это выплеснулось наружу, и люди потеряли всякий контроль над собой.
Волна ужасного самосуда, прокатилась по лагерю, обрушившись главным образом на немецкий и австрийский уголовный лагерный персонал — против всех, кто прислуживал СС, против капо и блоковых.
Их выволакивали оттуда, где они прятались, и буквально разрывали на части. При этом пострадала и часть узников, говорящая на немецком языке, а также «бойцы» третьего батальона фольксштурма, застрявшие в лагере.
Они лихорадочно сбрасывал и с себя желтую униформу и пытались спрятаться даже в выгребных ямах, в нечистотах и других аналогичных местах, но их везде находили и самым безжалостным образом убивали.
Мемориал памяти жертв концлагеря Гузен.

Группы бывших узников, еле стоявших на собственных ногах, озверело вершили самосуд. Дело доходило до чудовищных сцен, когда каждый старался дотянуться хотя бы до одной из кишок жертвы и выдернуть ее из чрева, после чего и сам падал от изнеможения.
Не дай бог видеть то, что происходило в Гузене: не зря польские офицеры установили на браме пулемет. К вечеру стало известно, что в Гузене-2, где не было такого пулемета, русские порезали заодно с немцами и часть поляков, провинившихся перед ними в других концлагерях.
До ночи порезанных в Гузене-2 поляков везли и несли в Гузен-1 на ревир. Более практичный народ в то же время занялся совсем другим: ломали блоки, разводили костры, тащили картошку из подземных кагатов и варили ее…» — из воспоминаний сержанта 150-й стрелковой дивизии Д.К. Левинского.
Бывшие заключенные концлагеря Гузен и солдаты 11-й бронетанковой дивизии США у тела убитого надзирателя.

Советские военнопленные в концлагере Маутхаузен — Гузен. Австрия.

Tags: вторая мировая, наши

История

Создание

7 августа 1938 года заключённые из концентрационного лагеря Дахау были отправлены на строительство нового лагеря в город Маутхаузен близ Линца в Австрии. Расположение лагеря было выбрано исходя из близости к транспортному узлу Линца и малой заселённости места.

Концлагерь Маутхаузен был определён как штрафной лагерь в системе концлагерей Германии и изначально использовался как место заключения тех уголовных преступников, которые считались неисправимыми, но с 8 мая 1939 он был определён, также, как место содержания особо опасных для режима политических заключённых.

Лагерь с самого начала создавался как германский государственный объект, основан он был частной компанией в виде хозяйственного предприятия. Владельцем каменоломен в районе Маутхаузена (каменоломни Марбахер-Брух и Беттельберг) была компания DEST (акроним полного наименования Deutsche Erd- und Steinwerke GmbH), во главе которой находился Освальд Поль, который был также крупным чином в СС. Компания, выкупив каменоломни у городских властей Вены, начала строительство лагеря Маутхаузен. Гранит, который добывался в каменоломнях, ранее использовался только для мощения улиц Вены и других австрийских городов. Однако архитектурная концепция перестройки многих городов Германии требовала значительных количеств гранита. С осени 1938 года DEST также приступила к добыче гранита в карьерах Гузена, открыв там сеть концлагерей — филиалов Маутхаузена.

Средства для строительства лагеря собирались из различных источников, среди которых были коммерческие кредиты от Дрезднер-Банка и пражского Эскомпте-Банка, так называемый Фонд Рейнхардта (который представлял средства, конфискованные у жертв концентрационных лагерей), а также германского Красного Креста. Глава компании DEST и нескольких других компаний Освальд Поль, как крупный чиновник СС, руководил и был распорядителем финансов в различных нацистских организациях, кроме того, был директором германского Красного Креста. В 1938 году он перевёл 8 миллионов рейхсмарок из суммы членских взносов Красного Креста на один из счетов СС, которые затем были пожертвованы в DEST в 1939.

Процентное соотношение заключённых лагеря по странам

К концу Второй мировой войны система концлагерей Маутхаузена-Гузен состояла из центрального лагеря и 49 филиалов, разбросанных по всей Верхней Австрии. Самым большим филиалом был комплекс Гузен с региональной администрацией фирмы DEST в Ст-Георгиен на Гузен.

«Блок смерти»

В 1944 году барак № 20 был обнесён отдельной каменной стеной. Этот барак назывался «блоком смерти». Туда отправляли узников, приговорённых к уничтожению за нарушения режима (преимущественно советских офицеров за побеги из лагерей военнопленных). «Блок смерти» использовался, как тренировочный лагерь для подготовки сотрудников частей СС по охране концлагерей (SS-Totenkopferbande). Узников избивали и издевались над ними. Ещё позднее такая практика была введена на всей территории лагеря. В любое время в любой барак мог ворваться отряд «учеников» и забить насмерть сколько угодно заключённых.

В ночь с 2 на 3 февраля 1945 года советскими офицерами из «блока смерти» был совершён массовый побег. В процесс охоты на беглецов были включены все местные подразделения СС, Вермахт, Гитлерюгенд и местное население. В документах СС эта операция называлась «Мюльфиртельская охота на зайцев».

Освобождение концлагеря

3 мая 1945 года СС и другие охранники начали готовиться к эвакуации лагеря. На следующий день бегущих охранников заменил безоружный отряд фольксштурма, а также несколько полицейских и пожарных, в основном преклонного возраста, эвакуированных из Вены. Полицейский Мартин Геркен (Martin Gerken) принял командование на себя. Он пытался создать «Международный комитет заключённых», который должен был стать руководящим органом лагеря, пока последний не был бы освобождён приближающимися американскими войсками, но был открыто обвинён в сотрудничестве с эсэсовцами, и план провалился.

Работы на всех филиалах Маутхаузена были остановлены и заключённые ждали освобождения. Из основных филиалов Маутхаузен-Гузена только Гузен-3 должен был быть эвакуирован. 1 мая заключённые в срочном порядке должны были пройти марш смерти до Санкт-Георгена (Sankt Georgen), но через несколько часов руководство приказало им вернуться назад в лагерь. Ту же операцию повторили и на следующий день, но вскоре также поступил отменяющий приказ. Вечером следующего дня эсэсовцы окончательно бросили лагерь.

5 мая 1945 года на территорию лагеря Маутхаузен-Гузен вошли американские разведчики. Обезоружив полицейских, они покинули лагерь. К моменту освобождения лагеря большинство эсэсовцев бежало, однако около 30 остались и были убиты заключёнными, такое же количество убито в Гузен-2. К 6 мая все филиалы лагерного комплекса Маутхаузен-Гузен, за исключением двух лагерей в Лойбль Пасс (Loibl Pass), также были освобождены союзными войсками. До прибытия в центральный лагерь войск 7 мая происходили вооружённые столкновения узников и отдельных подразделений эсэсовцев вблизи лагеря.

Основные филиалы концлагеря Маутхаузен

  • Гузен-1
  • Гузен-2
  • Гузен-3
  • Линц-1
  • Линц-2
  • Линц-3
  • Гунскирхен
  • Мельк
  • Эбензе

Жертвы концлагеря

Памятник генералу Карбышеву на территории бывшего концентрационного лагеря Маутхаузен. Мемориальная доска на главных воротах бывшего концентрационного лагеря Маутхаузен с данными о количестве граждан различных государств, погибших в данном лагере

Узниками Маутхаузена было около 335 тысяч человек; казнено свыше 122 тысяч человек (больше всех — свыше 32 тысяч — советских граждан; среди них генерал-лейтенант инженерных войск Дмитрий Карбышев, один из погибших от обливания ледяной водой на морозе, и сталинградец Дмитрий Основин, ставший национальным героем Чехословакии.

Память

После окончания Второй мировой войны на месте Маутхаузена создан мемориальный музей. На территории бывшего лагеря воздвигнуто свыше 20 монументов, включая памятник Советскому Союзу. Возле главных ворот лагеря возвышается памятник Дмитрию Карбышеву. На пьедестале памятника на русском и немецком языках написано: «Дмитрию Карбышеву: учёному, воину, коммунисту. Жизнь и смерть его были подвигом во имя Родины».

На расстоянии 100 м от центрального лагеря располагался «ревир» (то есть лагерная больница), который назывался «русским лагерем». Этот лагерь строили в конце 1941 года первые советские заключённые, прибывшие в Маутхаузен в октябре 1941 года. Большинство из них не пережило весны 1942 года. На месте «ревира» установлена стела в память о советских военнопленных.

Вдоль так называемой «стены плача» (внутренняя часть стены лагеря возле главных ворот, где обычно выстраивались новоприбывшие узники), установлено более 40 мемориальных досок, посвящённые отдельным жертвам и группам жертв лагеря (этнические, политические, социальные и религиозные группы). Первой в этом ряду стоит мемориальная доска, посвящённая гибели генерала Карбышева. В числе мемориальных досок в память об этнических группах есть и посвящённые народам бывшего СССР, в частности — белорусам. Установлены таблички в память о политических группах, в частности, посвящённые молодёжным союзам австрийских коммунистов и социал-демократов, а также табличка в память о гомосексуалах, жертвах национал-социализма.

Процессы над военными преступниками

С 29 марта по 13 мая 1946 перед американским военным трибуналом предстали 61 служащий лагеря. Было вынесено 58 смертных приговоров(9 заменено тюрьмой), 3 подсудимых получили пожизненные сроки.

В 1950 году перед судом в Аугсубрге предстал лагерный староста Гузена I Йоханн Каммерер. Он был приговорён к пожизненному тюремному заключению за убийство 94 человек. В 1976 он был освобождён.

В 1961 году суд Ансбаха приговорил коменданта Гузена Карла Хмелевски к пожизненному заключению. В 1979 он был освобождён по состоянию здоровья.

В 1967 году суд Кёльна приговорил к пожизненном заключению бывшего шутцхафтлагерфюрера Антона Штрайтвизера. На том же процессе Карл Шульц был приговорён к 15 годам тюрьмы. Антон Штрайтвизер скончался в тюремной больнице в 1972 году, а Шульц был вскоре освобождён.

В 1970 году суд Хагена приговорил Мартина Рота к 7 годам тюремного заключения, Вернера Фасселя к 6 с половиной.

В 1972 году суд Меммингена приговорил к пожизненному тюремному заключению бывшего комендант Эбензее Антона Ганца. Однако он не отбывал срок, так как был болен раком. Скончался в 1973 году.

В литературе

  • Юрий Евгеньевич Пиляр — роман «Люди остаются людьми» (воспоминания бывшего узника Маутхаузена).
  • Михаил Придонович Придонов — автобиографическая повесть «Я — гражданин…» (воспоминания узника Маутхаузена).
  • Сергей Сергеевич Смирнов — документальная повесть «Последний бой смертников» (рассказывается о блоке № 20).
  • Всеволод Викторович Остен — автобиографическая повесть «Встань над болью своей: рассказы узника Маутхаузена».
  • Эйженс Веверис — книга стихов «Сажайте розы в проклятую землю» (латыш. Iedēstiet rozes zemē nolādētā; 1969, русский перевод 1977), с подзаголовком «Поэтический дневник узника Маутхаузена»
  • Жан Лаффит — автобиографическая повесть «Живые борются» (фр. Ceux qui vivent).
  • Поль-Лу Сулицер — роман «Зелёный король».
  • Валентин Иванович Сахаров — автобиографическая повесть «В застенках Маутхаузена».
  • Иван Федорович Ходыкин — документальная повесть «Живые не сдаются» (о пребывании и восстании «блока смерти» № 20 Маутхаузена, а также о выживших после него).
  • Бени Вирцберг — мемуары «Из долины убийства к Вратам в долину» (Освенцим, Маутхаузен, палаточный лагерь Маутхаузена, Мельк, Гунскирхен).

Ссылки

Маутхаузен (концентрационный лагерь) на Викискладе

  • Хауншмид Р. А.. Прогулка по истории С. Георгена и Гусена, Вечерние общеобразовательные курсы, С. Георген на Гусене 1993—2005
  • Rudolf A. Haunschmied, Jan-Ruth Mills, Siegi Witzany-Durda. St. Georgen — Gusen — Mauthausen: concentration camp Mauthausen reconsidered. — Norderstedt: Books on Demand, 2008. — ISBN 978-3-8334-7440-8. Доступен через Google-Books: St. Georgen-Gusen-Mauthausen
  • Хауншмид Р. А.. Федеральное министерство внутренних дел Австрии: актуальные дискуссии по «Горному Кристаллу» (нем. BERGKRISTALL): документация. — Вена, 2009
  • Концлагерь Маутхаузен
  • Концлагерь Гузен
  • Общество бывших узников концлагеря Маутхаузен
  • Mauthausen-Gusen Memorial
  • Mauthausen-Synopsis Shoaheducation.com (недоступная ссылка)
  • Brief history of the GUSEN complex
  • KZ Gusen Memorial Committee (Мемориальный комитет Гузен)
  • Аудио-Экскурсия по Гусену
  • Photos of the Mauthausen-Gusen camps
  • United States Holocaust Memorial Museum
  • Concentration camp of Mauthausen — map
  • Literary research project on texts by survivors
  • Sketches from Diario di Gusen by Aldo Carpi

Лестница смерти в концентрационном лагере Маутхаузен, тогда и сейчас.

Лагерь был расположен на краю гранитного карьера, где заключенные лагеря отправлялись на работу. Действительно, место для лагеря было выбрано из-за непосредственной близости от каменоломням в Линце. Гитлер планировал добываемым здесь гранитом обустроить столицу рейха грандиозными зданиями, как было предусмотрено архитектором Альбертом Шпеером.

Несколько раз в течение дня, заключенные были вынуждены нести каменные блоки, часто весом до 50 кг, по лестнице с 186 ступеньками, которую часто называли «Лестница смерти». Часто, истощенные заключенные падали в изнеможении от нагрузок и скатывались с вершины, создавая ужасающий эффект домино с заключенными, падающими на следующих рабочих и так далее, устилая собой весь путь вниз по лестнице. Тяжелые камни разбивали их конечности и тела. Люди умирали на этой лестнице каждый день.

Иногда, эсэсовцы заставляли уставших заключенных нести каменные блоки вверх по лестнице. Те, кто пережил испытание затем помещались в линейку на краю скалы, под названием «Стена парашютистов». В батарейной точке каждый заключенный имел возможность упасть самому или столкнуть стоящего перед ним заключенного со скалы. Некоторые заключенные, не выдержав мучений лагеря, самовольно спрыгивали с обрыва. Такие самоубийства были частыми.

Сегодня, «Лестница смерти» являются составной частью экскурсий на Мемориал Маутхаузене. Лестницы были переделаны и выпрямлены, так что туристы могут легко подняться вверх и вниз по ним, но в те времена они были наклонными и скользкими.

Французский борец Сопротивления, Христиан Бернадак, некоторое время содержался в тюрьме в Маутхаузене. Позже он написал книгу под названием «186 шагов».

Заключенные на принудительных работах в карьере Винер Грабен в концлагере Маутхаузен.

Карьер Маутхаузен теперь зарос деревьями и кустами. Большая часть территории лагеря также покрыта жилыми районами, построенными после войны. В настоящее время здесь существует музей и центр для посетителей.

Офицеры СС на «Лестнице смерти», апрель 1941 года.

Вид карьера Винер Грабен и «лестницы смерти» в концентрационном лагере Маутхаузен.

История концлагеря Маутхаузен и его лестницы

Концентрационный лагерь Маутхаузен расположен приблизительно в 20 километрах к востоку от города Линц в Верхней Австрии. Это был один из самых больших концентрационных лагерей в управляемой немцами части Европы, с центральным корпусом около деревни Маутхаузен и почти сотней других корпусов по всей Австрии и южной Германии. Маутхаузен отличался самыми жестокими условиями содержания, будучи классифицированным по «Классу III».

Сюда посылали большинство “неисправимых политических врагов Рейха” , чтобы истребить их посредством истощения изнурительным принудительным трудом. В SS Маутхаузен называли не иначе, как костедробилка.Как известно, не только концлагерь Освенцим отличался ужасными условиями содержания заключенных. Лагерь Маутхаузен располагался на краю гранитного карьера, где работали его узники. Это место было выбрано из-за непосредственной близости карьера от Линца — Гитлер планировал застроить этот город грандиозными зданиями за счет рабского труда.

Несколько раз в течение дня заключенные были вынуждены переносить тяжелые каменные блоки весом более 50 килограммов по 186 ступеням так называемой «Лестницы Смерти». Обессиленные узники часто падали в обморок и роняли свой груз, вызывая ужасающую цепную реакцию с падающими друг на друга заключенными вниз по лестнице. Тяжелые камни наносили непоправимые увечья, отчего люди погибали прямо на лестнице.

Охранники SS заставляли заключенных тащить блоки вверх по лестнице. Пережившие испытание становились в очередь на краю утеса под названием «Стена Парашютистов». Под дулом пистолета у каждого заключенного было два варианта: быть застреленным, или столкнуть с утеса стоящего перед ним узника. Некоторые заключенные не выдерживали таких пыток и прыгали с утеса. Сегодня «Лестница Смерти» является частью экскурсионного маршрута в Мемориале Маутхаузена. Лестница была отреставрирована, чтобы туристы могли легко подниматься и спускаться.

Вот выдержка из мемуаров Кристиана Бернадека, борца французского сопротивления, который перенес все тяготы заключения в Маутхаузене и позже написал книгу под названием «186 Шагов»:
«Посещающие карьер Маутхаузена сегодня не видят той же самой картины, так как ступени были отреставрированы — реальная лестница не была зацементирована. Это были просто вырезанные в глине ступени, неравные по размерам, скользкие и практически непригодные для подъема, а уж тем более для спуска. Заключенных заставляли двигаться очень быстро, из-за чего многие падали и роняли свой груз. Камни катились вниз и травмировали идущих сзади.
Работа состояла из переноски блоков внушительного размера вдоль 186 ступеней, после чего нужно было преодолеть значительное расстояние до базы. Если заключенный выбирал слишком маленький камень (по оценке надсмотрщика), его попросту расстреливали. В день необходимо было сделать 8-10 таких ходок без секундного отдыха.»

Блок №20

Летом 1944 года в Маутхаузене появился блок №20 для содержания 1800 узников. Это был лагерь в лагере, отделенный от общей территории забором высотой 2,5 метра, по верху которого шла проволока, находящаяся под током. По периметру стояли три вышки с пулеметами. Очень скоро 20-й блок получил мрачную славу «блока смерти». Регулярно туда отправлялись новые партии узников, а оттуда вывозили только трупы в крематорий. Узники 20-го блока получали 1/4 общелагерного рациона. Ложек, тарелок им не полагалось. Блок никогда не отапливался. В оконных проемах не было ни рам, ни стекол. В блоке не было даже нар. Зимой, прежде чем загнать узников в блок, эсэсовцы заливали из шланга пол блока водой. Люди ложились в воду и просто не просыпались. «Смертники» имели страшную «привилегию» — их не выгоняли на работы. Вместо этого они целый день занимались «физическими упражнениями» — безостановочно бегали вокруг блока или ползали. На узниках 20-го блока эсэсовцы отрабатывали навыки убийства человека голыми руками и подручными средствами. Существовала даже своеобразная «норма на смерть» — не менее 10 человек в день. «Разнарядка» постоянно перевыполнялась в 2-3 раза. За время существования блока в нем было уничтожено 3,5-4 тыс. человек (в отдельных источниках встречаются данные о 6 тыс.) К концу января в блоке №20 оставалось в живых около 570 человек.
Узники блока №20

За исключением 5-6 югославов и нескольких поляков (участников варшавского восстания), все заключенные «блока смерти» были советскими военнопленными офицерами, направленными сюда из других лагерей. Открытое неповиновение лагерной администрации, многочисленные попытки побега, большевистская пропаганда среди заключенных… В 20-й блок Маутхаузена направлялись узники, даже в концлагерях представлявшие собой угрозу III Рейху вследствие своего военного образования, волевых качеств и организационных способностей. Все они были взяты в плен ранеными или в бессознательном состоянии, и за время своего пребывания в плену были признаны «неисправимыми». В сопроводительных документах каждого из них стояла буква «К», означавшая, что заключенный подлежит ликвидации в самые короткие сроки. Поэтому прибывших в 20-й блок даже не клеймили, поскольку срок жизни заключенного в 20-го блок не превышал нескольких недель. В январе 1945 года узники 20-го блока, зная, что Красная Армия уже вступила на территорию Польши и Венгрии, а англичане и американцы перешли немецкую границу, стали готовить побег.
Справочные данные на некоторых узников 20-го блока

Подполковник Николай Власов — герой Советского Союза (1942 год), летчик. Сбит и взят в плен в 1943 году. Три попытки побега. Лейтенант Виктор Украинцев — артиллерист, бронебойщик. Уличен в актах саботажа. Несколько попыток побега. Капитан Иван Битюков — летчик-штурмовик. В воздушном бою, расстреляв весь боезапас, совершил таран. Ранен и взят в плен. Четыре попытки побега.

Подполковник Александр Исупов — летчик-штурмовик, командир авиадивизии. Сбит, ранен, взят в плен в 1944 году. В лагерь, где он содержался, прибыл власовский эмиссар. Перед согнанными на плацу военнопленными коллаборационист предрекал скорую победу Германии и призывал вступать в ряды РОА. После вдохновенной речи предателя попросил слова и поднялся на трибуну Исупов. Кадровый офицер ВВС РККА, выпускник Военно-воздушной академии им. Жуковского, он принялся один за другим разбивать все тезисы предыдущего оратора и доказывать, что предрешены как раз поражение Германии и победа СССР.

Ваня Сердюк, по кличке Лисичка, связной подпольной группы в концлагере Маутхаузен, выжил после восстания. Умер несколько лет назад.
В наши дни карьер Маутхаузена порос деревьями и кустарниками. Большая часть лагеря покрыта жилыми районами, построенными после войны. Здесь также есть музей и центр помощи туристам.

Цифры погибших в самых известных концентрационных лагерях:

Освенцим – 4 000 000
Берген – Бельзен (за последние 2 месяца до окончания войны) — 48 000
Бухенвальд – 52 000
Дахау и Дора-Нордхаузен — 15 000
Флоссенбюрг – 73 296
Гросс – Розен (данные до 1943 года) – 20 000
Майданек (Люблин) – 1 380 000
Маутхаузен – 122 766
Натцвейлер – 25 000
Нейенгамме (в лагере и во время транспортировки) – 82 000
Папенбург (приемный лагерь) – 10 600
Равенсбрюк – 92 700
Саксенхаузен – 100 000
Штутгоф (под Данцигом) – 80 000
Терезиенштадт – 58 341
Треблинка (за 6 мес. 1942 г.) – 80 000

Leave a Comment